facebook Vkontakte LiveJournal e-mail
ПОДПИШИСЬ НА НОВОСТИ:


 

Социальная ответственность

6 февраля 2018 | Сергей ПАНАСЕНКО
ЭКО-БИО-ОРГАНИК: ВЕРИМ НА СЛОВО ИЛИ ХОТИМ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ?

Нет ничего проще, чем приобрести в России зелёные эко-био-органик-натуральные продукты или косметические средства и бытовую химию. Они здесь на каждом углу. И даже в не самом крупном по меркам Москвы торговом центре «Фестиваль» в Олимпийской деревне три магазина смело заявляют, что продают, хотя бы частично, именно такую продукцию. Сюда мы заехали выпить кофе и обсудить загадку доверчивой русской души с Гульнарой Тимербулатовой, директором специализированной выставки ЭкоГородЭкспо.

— Гульнара, кому-нибудь известен размер российского рынка всей этой био-органик продукции? Хотя бы примерно?

— Не уверена. Исследований всеобъемлющих нет, поэтому цифры звучат самые разные. Я склонна доверять оценке Национального органического союза, они говорят о 380 тысячах га сертифицированных органических полей в России, причём сертифицированных иностранными органами сертификации. Разумеется, это только сельхозпроизводство, без косметики и пищевой промышленности. И других данных, которым я бы доверяла, просто нет.

— И это при том, что магазины соответствующей ориентации растут, как грибы.

— Верно, растут. Потому что есть спрос. Спрос рождает предложение. При этом, заметьте, что никаких установленных законами, регламентированных терминов и правил применения – что такое «био»? что такое «органик» или «натуральный»? – не существует. Значит, формально никто ничего не нарушает, когда «Нэфис» называет свои кетчупы или майонезы Mr.Ricco «органик» и «био». А покупатель всё принимает за чистую монету. Хотя я должна сказать – потребителя всё труднее становится водить за нос. И это ответная реакция: утрата всякого доверия к такого рода продукции, даже когда она реально хорошая.

— И что делать?

— То, что давным-давно сделано во всём развитом мире: создавать систему сертификации. Как у вас в проектировании и строительстве есть такие зелёные стандарты и есть процедура верификации зданий на соответствие им, аналогичные механизмы должны развиваться и в потребительском секторе. Европа прошла эту дорогу примерно за 20 лет и достигла современного уровня, мы в России могли бы по их следам пройти этот путь намного быстрее. Но не хотим.

— Не хотим? Кто не хочет?

— Вероятно, в первую очередь те, кому придётся отказаться от голословных деклараций. Вот 18 января Правительство РФ согласовало проект закона «О производстве органической продукции» и постановило внести его в Госдуму. У этого закона тяжёлая судьба. Впервые о необходимости такого законодательства заговорили в начале нулевых. Первая версия появилась только в 2012 году, потом текст несколько раз переписывался, сменилось название: прежде он был об «экологически чистом» и органическом, сейчас «экологически чистое» отпало, осталось только «органическое». Всё это обсуждали ещё в 2013 году, ждали, что вот-вот у нас появится закон, но вот только в 2018 дождались.

— Почему убрали «экологически чистое»?

— Я не знаю всех деталей, там шли непрерывные споры, составы рабочих групп менялись постоянно. Люди лоббировали свои интересы. Я не считаю, что такое решение было правильным. Мотивация была лукавая: экологически чистый, эко, натуральный – это, мол, уже слишком затёртые формулировки, они уже ничего не значат. А вот органический – это что-то не затёртое.

— Как же не затёртое, если есть ГОСТ 56104-2014 «Продукты пищевые органические», который действует с 2015 года, и даже есть добровольный стандарт сертификации органической сельхозпродукции?

— Конечно! Что с того, что формулировка «экологически чистый» у нас давно в ходу? Сперва все говорили «экологически чистый», включая президента, заявлявшего в 2015 году в послании Федеральному собранию, что Россия «способна стать крупнейшим мировым поставщиком здоровых, экологически чистых, качественных продуктов питания». Потом кто-то решил, что это дурной тон, все стали говорить «экологичный», потом «натуральный», потом «био», потом «органик». Хотя всё это чистый пиар, уловки маркетологов, которым надо отстраиваться от привычного, приевшегося потребителю.

— Да, в архитектуре тоже есть тенденция, что «зелёное» – это уже вчерашний день, уже у всех всё зелёное, поэтому в тренде теперь говорить про «голубое»…

— С моей точки зрения, закон должен был бы разграничить и стандартизировать все профессионально значимые термины. В Европе есть косметика органическая, а есть натуральная. Отличаются составами. А что в результате? В результате у нас всё по-прежнему упирается в веру в хорошего, честного производителя, а в Европе это давно вопрос законодательства, алгоритм и технология сертификации. В Европе завершается процесс консолидации всех сертификационных систем. Продукты питания уже несколько лет объединены под знаком «Евролист» (Euro-Leaf). В косметике этот процесс чуть отстал: есть единый европейский стандарт органической и натуральной косметики COSMOS, хотя пока многие производители ставят и национальный знак, и европейский, но вскоре останется один COSMOS, видимо.

На мой взгляд, одна из главных задач этого закона – сделать так, чтобы нашу экологичную продукцию пустили на международный, европейский рынок. В России есть продукция, сертифицированная иностранными органами, которые здесь работали, когда в России это ещё никого не интересовало – для европейского рынка, на экспорт. Но надо сделать так, чтобы российские органы сертификации, их оценка принималась в ЕС. Об этом в законопроекте нет ни слова. Как нет ни слова и о том, какая судьба ждёт российскую продукцию с иностранными сертификатами. Я знаю, что при подготовке законопроекта производители такой сертифицированной продукции бились за свои права, но так ничего и не смогли сделать.

— У метро «Университет» года три назад ещё торговали яблочками такие как бы деревенские бабушки, очень аутентичные, если не знать, что яблоки они собирали вдоль оживлённой магистрали Мичуринского проспекта в километре от метро. И ведь люди покупали: платочки и выдуманные истории перевешивали. Есть ли иные способы у честных производителей натуральной продукции как-то отстроиться от таких «бабушек»?

— А зачем что-то выдумывать? Надо сертифицироваться. Другого варианта нет. У европейцев. Или у российских сертификаторов. В России есть минимум два сертифицирующих органа, которым я готова доверять: «Листок жизни» Экологического союза из Санкт-Петербурга и программа «Чистые Росы» от солнечногорской «Агрософии». У первых довольно широкий круг интересов, вторые сконцентрированы на сельском хозяйстве. Ну и для совсем уж смелых есть сертификация силами европейских центров. Но надо помнить, что процедура это небыстрая и затратная. Эксперты приезжают, проверяют, оценивают агротехнологии, пробы почвы, могут смотреть бухгалтерию, чтобы поймать вас на покупке пестицидов запрещённых для натурального сельского хозяйства, к примеру. Могу приехать совершенно внезапно и сказать «Показывайте!».

А самая страшная проблема тут знаете в чём? В России никто не готовит агрономов для органического сельского хозяйства. Их нет. Те, что есть, как правило, самоучки. Это большая беда. И в законопроекте есть фраза о господдержке органических предприятий, но она возможна только через два года после вступления закона в действие. И что это будет за поддержка, из проекта не следует. Может быть, станут открываться факультеты органического сельского хозяйства в государственных сельхозвузах. Я не знаю. Никто пока не знает.

— Когда-то в Москве все ходили в магазин с датчиком нитратов, втыкали его в картошку и капусту и очень радовались, когда покупали капусту «без нитратов». Вы проводите выставки экопродукции. У вас есть такой тестер, который вы втыкаете в изделие и сразу видите, эко оно или не эко?

— Увы, нет, и у нас с каждым годом всё больше времени и сил уходит на то, чтобы понять, с чем мы имеем дело. Если это косметика или химия, сразу смотрю на состав. Всё-таки у нас врать с составом на этикетке запрещено законом. А если пищевые продукты – картофель, овощи, бакалея – здесь всё, конечно, сложнее. Мы очень внимательно следим за публикациями. Конкуренция работает. Много случаев, когда фирмы покупают товары конкурентов и начинают в лабораториях тестировать, и если обнаруживают сомнительные или неуказанные ингредиенты, принимаются бить во все колокола.

— Но вот, например, Natura Siberica пишет, что выращивает или собирает сырьё на Камчатке и в Хакассии… вы же не в силах слетать проверить. Одно время Алтай был популярен как родина всего экологически чистого, хотя его десятилетиями опрыскивали веществом под названием несимметричный диметилгидразин, он же гептил: топливо из отработанных ступеней ракет из Байконура… Мы всё время возвращаемся к тому, что в России почти единственное, на чём держится индустрия эко-натурпродукции, это вера покупателей в то, что производители говорят им правду. Но это очень шаткое основание, вам не кажется?

— Natura Siberica – конечно, пионеры нашей натуральной косметики. Я их знаю и уважаю. Но у меня к ним двоякое отношение. Они первые в России сертифицировали своё производство по европейским меркам. И я аплодирую стоя их маркетологам. Многие покупатели сейчас уверены, что практически вся продукция под этим брендом и под родственными, вроде Organic Shop, Planeta Organica, «Бабушка Агафья» и другими – вся натуральная. А это далеко не так.

Люди часто путаются, конечно. И никто не спешит открыть им глаза. Вот потому и проводятся такие выставки, как наша. Вы бы знали, как мы иногда ругаемся с компаниями-экспонентами при отборе! Берём сертификат, проверяем его по международной базе данных, – а он отозван. Не просрочен даже, а именно отозван сертификационным центром за нарушения. Мы им сказали – они помялись и вообще исчезли из нашего поля зрения. На выставку не идут. Недавно две серьёзные косметические фирмы оскорбились, немецкая и швейцарская. Компаниям по полтора века, привезли часть продукции на выставку, но мы же по составу видим, что она до европейского уровня органики даже близко не дотягивается. Мы им отказали. У нас в договорах есть пункт, что мы имеем право даже во время работы выставки снять продукцию с экспозиции, если у нас возникли претензии по качеству. А иногда вообще до курьёзов доходит. Одна компания выставила на своём стенде «Фейри». Я глазам не поверила. Они объясняют: он же финский, значит, экологически чистый. Убрали.

Вообще же, главное наше оружие – это беседы и беседы. Мы уже много о наших клиентах знаем, видим невооружённым взглядом кое-что такое, что от нас пробуют скрыть. Консультируемся с экспертами постоянно, мониторим тему. Но риски есть, конечно. Потому мы и закон ждём. Но вот по косметике и бытовой химии закона даже в проекте нет. Так что будем как-то выходить из положения.

— На Западе сейчас набирает силу ещё один тренд: органическая одежда…

— О, для России это пока нереально. Чтобы одежда была признана «органик», ей мало быть из чистого хлопка или льна, например. Этот хлопок должен быть выращен определённым образом на определённых полях, определённым образом переработан в ткань, одежда шьётся тоже определённым образом. Там требуется проверять каждый шаг, всю технологическую цепочку. И это дорого. Поэтому в России о таком никто даже не заикается пока. Если к нам на выставку придёт кто-то с таким товаром – мы его если возьмём, то очень осторожно, только после полной проверки всей цепочки сертификатов.

К нам иной раз просятся с так называемой «этичной одеждой» – ну, вроде шуб из синтетики, без натурального меха. Но синтетика – это химия, а какой уж тут органик…

— Ну что же, будем ждать принятия закона…

— Да, подождём. Кстати, а где тут, вы сказали, магазины органик? Пойду посмотрю, что у них есть…

[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]