facebook Vkontakte LiveJournal e-mail
ПОДПИШИСЬ НА НОВОСТИ:


 

Зеленые здания

15 января 2016 | Сергей Панасенко
КАК В ФИНЛЯНДИИ ИЛИ ДАЖЕ ЛУЧШЕ…

IMG_7693_artak_foto

От европейских строительных компаний на российском рынке мы традиционно ждём подчёркнутой приверженности экологическим стандартам – в особенности, когда речь идёт о компаниях со скандинавским происхождением. Однако гораздо чаще о своих зелёных достижениях рассказывают как раз российские застройщики, а европейцы скромно держатся в тени. Об этом парадоксе и об особенностях «российского национального зелёного строительства» мы решили расспросить Артака Макаряна – директора по развитию бизнеса и инвестиций в России финского концерна ЮИТ: крупнейшего зарубежного застройщика жилья в Российской Федерации.

— Начнём с того, что строители часто становятся заложниками ситуации, а точнее, того проекта, который им предложено строить…

— Это в общем верно, но не в нашем случае. С 2006-го года, когда мы построили свой последний подрядный объект в России, мы больше в роли генподрядчиков не выступаем и в тендерах не участвуем. Мы теперь только застройщики, и мы сами работаем с архитекторами и проектировщиками.

— В таком случае, о каких объектах ЮИТ в России можно говорить, как о зелёных и экоустойчивых? Из информации на сайте компании понять это, увы, невозможно.

— Начнём с того, что примерно с 2010 года мы очень интенсивно работаем над повышением энергоэффективности домов ЮИТ в России. Если говорить об ограждающих конструкциях, что, как вы знаете, основной вопрос в теплоизоляции, то сегодня ЮИТ строит в России дома такие же по характеристикам, как и в Финляндии. То есть коробка что здесь, что в Европе – одинаковая. Коэффициент R равен около 5 и здесь, и там. Двухкамерные стеклопакеты и здесь, и там. Утепление минватой, пятикамерные оконные профили, все прочие решения по стенам, кровле, перекрытиям – мы строим в России точно как строим у себя дома.

Но если мы обращаемся к инженерным системам, то здесь пока отличия велики. Некоторые из них происходят из фактора масштаба. В Финляндии типовой жилой дом – это 3-4 подъезда и 3-4 этажа, редко пять. В России мы строим дома этажностью девять и более, и пять-шесть подъездов. Поэтому, например, тепловые грунтовые насосы, которые в Финляндии мы ставим практически повсеместно, в российских условиях сложно применить . Или возьмите системы вентиляции. Мы начинаем применять рекуперацию как энергосберегающее решение, но при таких размерах сами вентиляционные системы оказываются гораздо более сложными и дорогими, чем в Финляндии. Вопрос стоимости мы не можем сбрасывать со счетов, мы же должны быть конкурентоспособны на рынке.

yit (1)_10293_09

— Но есть же внутренние решения, от масштаба не зависящие: системы освещения на светодиодах, с датчиками присутствия и движения, или водосберегающая сантехника…

— Светодиодные системы освещения с автоматикой – для нас практически норма, стандарт, мы об этом даже не говорим. То же самое касается счётчиков воды и тепла. Мы ставим их во всех своих зданиях по умолчанию. Но что касается той же сантехники или других моментов, связанных с отделкой, то здесь мы сталкиваемся со спецификой российского покупателя. В Финляндии и других европейских странах отделкой, как правило, занимается застройщик. В России же мы делаем отделку не более чем в 10% квартир, и эта доля не растёт. В 90% покупатель хочет заниматься отделкой сам: подбирает материалы, оборудование, строителей… Какая уж тут водосберегающая сантехника?

— Сейчас много разговоров о кризисе в строительной отрасли. Вы кризис замечаете?

— Спад, конечно, есть, и сложности с реализацией тоже, но не драматические. Мы работаем, во-первых, практически исключительно на рынке жилья, мы не строим коммерческую офисную недвижимость, где самые большие потери. Во-вторых, мы работаем в сфере жилья комфорт класса, у нас качественные проекты и уникальные для российского рынка решения, а в этом сегменте люди понимают значение долгосрочных инвестиций и готовы вкладывать деньги.

— Вы работаете с российскими архитекторами? Что можете о них сказать?

— Что касается энергоэффективных решений, ничего сказать не могу, разработка градостроительной концепции и стадия П самих зданий в основном делаются архитекторами из Европы: финскими, немецкими, испанскими архитектурными бюро. Российских специалистов мы привлекаем иногда только на стадии рабочей документации, когда надо работать «с российской спецификой».

yit (4)_0449_304

— Что тормозит зелёное строительство в России?

— Первое – спрос. Зелёное строительство и энергоэффективность пока не укоренены в сознании среднего российского покупателя жилья. Но здесь всё же есть позитивная динамика. Связана она с тем, что постепенно на рынок жилья будут выходить более молодые покупатели, поколение, совершенно иначе относящееся ко всяким технологическим новшествам и интерактивным решениям на базе смартфонов и прочего. А настоящие энергоэффективные дома – это обязательно здания с высокими технологиями. Технологии будут востребованы новым поколением покупателей, а с ними и энергоэффективность.

Второе – это, безусловно, государственная политика, точнее, её отсутствие. К примеру, государство продолжает по старинке субсидировать энергетические тарифы. А правильнее было бы субсидировать специальные зелёные кредиты на внедрение энергосберегающих решений и технологий в жилищах. Другой вариант: специальные гранты проектировщикам на уменьшение энергопотребления в их домах. Ну, и конечно, более активная пропаганда и разъяснение важности перехода к такому строительству.

Из позитивного – нам, например, очень нравится поддерживаемая Минприроды РФ идея «карт качества» жилья. В конце концов, дома строятся для людей, а не для абстрактной «экономии энергии», и если людям некомфортно жить в этих домах, что толку, что они относятся там к какому-то классу по экономии тепла? Энергетический паспорт здания, например: это же просто отопление, и всё. А я хочу видеть документ, который отражает совокупное качество дома – чтобы сюда входили: инсоляция квартиры, высота потолков, качество материалов, воздух, вода, окружающая экосистема, где построен этот дом и прочее.

yit (3)_405_090

— Системы экологической сертификации в связи с этим – как вы к ним относитесь?

— Мы работаем сейчас на одном проекте в России с консультантами для сертификации по BREEAM. В середине следующего года проект будет введен в эксплуатацию. Пока всё идёт по плану, и это будет не только первый дом ЮИТ в России, сертифицированный по BREEAM, но и первый жилой дом с таким сертификатом в этом городе – в Казани.

При этом мы считаем, что в жилищном строительстве рыночная, маркетинговая ценность сертификации не так велика, как, например, в коммерческой недвижимости. Поэтому гнаться за сертификатами ради сертификатов не видим смысла. Ведь эти очень уважаемые организации владеют последними ноу-хау в области зеленых технологий. Для нас работа с консультантами по системе BREEAM или LEED – это в первую очередь доступ к комплексным решениям по зеленым технологиям, протестированным во времени, возможность проверить наши расчёты и сделать проект более дружественным к природе, посмотреть на него под новым углом. То есть это нужно в первую очередь нам самим для работы, а не для того, чтобы создать какую-то добавленную стоимость.

— Системы сертификации требовательны к качеству и происхождению материалов и сырья…

— Пока это не проблема, за последнее десятилетие многие крупные мировые бренды строительных материалов основали производство локально в России и, как мы видим сегодня, не прогадали, намного в более сложной ситуации оказались те у кого не было достаточной локализации. Многое, что нам нужно, можно приобрести у таких европейских или американских компаний, с их российских заводов, а чего нет в России, наши партнеры по нашему заказу привозят из Европы. Пока всё, что нам нужно, есть, и цена приемлемая, мы не испытываем трудностей. Посмотрим, что будет завтра. Очень надеюсь, что всё наладится в экономике России, геополитическое давление ослабеет, компании будут развиваться более активно, возникнет спрос на всё новое, прогрессивное, и зелёные технологии станут просто нормой, а не предметом хвастовства.

Метки
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]