facebook Vkontakte LiveJournal e-mail
ПОДПИШИСЬ НА НОВОСТИ:


 

Архитектор

14 января 2016 |
Луис де Гарридо: «В современной зелёной архитектуре нет ничего зелёного…»

Luis-De-Garrido-5_аоплр

Испанский архитектор Луис де Гарридо атакует всех: производителей экоустойчивой техники, строителей, СМИ, но больше всего – архитекторов, позволивших заморочить себе и потребителям головы обманом устойчивой архитектуры. О его взглядах на мир и архитектуру с ним беседует редактор «Зелёного Города» Сергей ПАНАСЕНКО.

— В 2012 году журнал Vanity Fair назвал вас «enfant terrible» современной архитектуры. Электронное издание The Notes of Architecture годом спустя заявило, что вы архитектор, «ломающий парадигмы». Но в наши дни устойчивая архитектура – уже не вызов, а мейнстрим. Никого не сочтут бунтарём или нонкомформистом за проектирование устойчивых зданий и даже целых устойчивых городов. В таком случае – какие парадигмы вы сотрясаете? Против чего и за что боретесь?

— Vanity Fair назвал меня так не только из-за моего стремления создавать архитектуру на высоком экологическом уровне, но и потому, что я создаю целостную, символическую и честную архитектуру, которая подходит под любые определения. Причина также в моём заявления, что то, что сейчас называют экоустойчивой архитектурой, на деле анти-экологичная архитектура. В ней нет ничего «экоустойчивого», она коммерциализована и проектируется плохими архитекторами.

Двадцать пять лет назад, когда я начал создавать архитектуру с высоким экоустойчивым уровнем, я считался мятежником. Никто не интересовался такой архитектурой, и никто не знал, как её создавать. Сейчас, на пике моды экоустойчивой архитектуры, я остаюсь мятежником по тем же причинам: никому нет дела до настоящей экоустойчивой архитектуры, и никто не знает, как её создавать.

То, что сейчас известно под названием «экоустойчивая архитектура», это тривиальный медиа-продукт. Это шаг назад как с точки зрения эволюции архитектуры, так и с точки зрения экологии. Мода на экоустойчивую архитектуру рождена коммерческими интересами компаний, которые занимаются продажами технологий, при попустительстве властей и архитекторов. В мире царит размытая концепция, которую принимают все, кто относит себя к экоустойчивой архитектуре. Она звучит так: «Господин архитектор, делайте что хотите, но чтобы ваш проект считался экоустойчивым, от вас требуется следующее. Раз – использовать наши чудо-материалы (которые так рекламируются, хотя не являются таковыми). Два – использовать наши чудо-технологии (отопление, кондиционирование, освещение, они продаются под любым малейшим предлогом чтобы считаться экологичными). Три – обратиться в одну из созданных производителями ассоциаций и заполнить анкету, которая подтвердит экоустойчивость проекта. Обманутый обыватель купится на это. Все довольны.

Ныне даже рядовые архитекторы в состоянии создавать экоустойчивую архитектуру по описанной методике. В итоге заказчик всё равно платит. Архитектор сегодня – это посредник, которым манипулируют, чтобы тот добавил в проект продукты, которые желают продать различные компании. Три года назад в одной немецкой газете был заголовок: «Самая большая опасность устойчивого развития – это устойчивое развитие!». Отлично сказано.

Судите сами: вот уже десять лет как экоустойчивая архитектура вошла в моду. Все архитекторы планеты знают, как её создавать. Все политики и органы власти вплоть до мелких поселений утверждают, что они поддерживают устойчивое развитие. А объём потребления энергии, количество отходов и выбросов продолжает расти. Разговоры про «устойчивое развитие» и особенно экоустойчивую архитектуру – лишь дань моде на устойчивое развитее в целом и моде на экоустойчивую архитектуру в частности. Это один большой обман, фрагмент мирового green washing, чтобы некоторые компании продолжали продавать продукты под лозунгом экологичности и устойчивого развития.

В результате сегодняшняя экоустойчивая архитектура имеет меньше права на такое название, чем экоустойчивая архитектура, создававшаяся вплоть до конца ХХ века. Она менее экологична и экоустойчива, так как использует огромное число механических и электронных устройств, а те в свою очередь повышают расход энергии и создают отходы. Эти устройства произведены с определённым сроком жизни, чтобы потребитель покупал новые и новые взамен устаревающих. Производители заманивают потребителя в ловушку, убеждая, что если не сменить устройства на новейшие, здание перестанет быть экоустойчивым. На деле, здание будет намного экоустойчивее, если использовать устройства как можно дольше.

Я могу понять, почему производители обманывают общество: чтобы сохранить свои прибыли. Но почему архитекторы верят в эти сказки, не имеют собственного мнения и вступают в сговор с этими компаниями, создавая серую архитектуру, но якобы наполненную экологичными устройствами?

00_EYE-OF-HORUS-ECO-HOUSE_1

— Вы продвигаете так называемые «искусственные экологические системы», которые состоят из создаваемых человеком объектов и жилищ и служат как бы аналогами природных экологических систем. Это что: новая попытка создания Ноевого ковчега? Как вы можете описать эти системы для дома, города или страны?

— Человек должен много учиться, думать, внимательно рассматривать и тщательно изучать объект, сформировать о нем мнение, и только потом действовать. Но об этом забывают в экоустойчивой архитектуре. Различные группы влияния определяют устойчивое развитие в своих собственных интересах. Они создали и продолжают создавать различные ложные ассоциации и системы сертификации: LEED, BREEAM, DGNB, WELL, и так далее. Я изучал данную тему более 20 лет и написал 22 книги. И первое, с чего я начал, это дал как можно более точное определение экоустойчивой архитектуры и установил возможность измерения всех аспектов, включенных в это определение. Только в таком случае это определение позволяет создавать архитектуру с максимально высоким уровнем экоустойчивости.

20 лет назад я сформулировал новую экологической парадигму в архитектуре и методику создания максимально возможной экоустойчивой архитектуры по доступной цене. Она основана на использовании множества идеально подходящих для проектирования зданий промышленно-архитектурных элементов с бесконечным жизненным циклом. Элементы могут быть восстановлены, отремонтированы и повторно использованы, не создавая отходы. Здания способны перевозиться с места на место, расти, непрерывно изменяться, как если бы они были живыми организмами. Они потребляют энергию, но энергия имеет натуральное происхождение: солнечная или геотермическая, это та же самая энергия, которой питаются природные организмы. Эта концепция предлагает новую архитектуру с собственными экологическими законами, которые обеспечат эволюцию в симбиозе с натуральной экосистемой. Только этот тип архитектуры обеспечит наше выживание, наше благосостояние и счастье на долгое время.

Моё определение истинной экоустойчивой архитектуры таково: это архитектура, которая стремится к достижению максимально возможного уровня интеграции с природной экосистемой. Экоустойчивая архитектура способствует человеческому развитию и социальной стабильности, используя архитектурные решения для того, чтобы свести к минимуму и оптимизировать потребление ресурсов и материалов, уменьшить потребление энергии и использовать только возобновляемую энергию, устранить или свести к минимуму отходы и выбросы, минимизировать техническое обслуживание и стоимость зданий и их эксплуатации, повышать здоровье и качество жизни его жителей.

JAY-00_000

Поскольку эти тезисы носят общий характер, они нуждаются в членении на характеристики, которые легко перечислить, выполнить и оценивать. Таковы экологические показатели, которые легко использовать для оценки степени экологии конкретного здания. Что более важно – они обеспечивают набор руководящих принципов, которым необходимо следовать, чтобы достигнуть истинной экоустойчивой архитектуры.

Мною были идентифицированы 40 экологических показателей: они позволяют добиться истинной экоустойчивой архитектуры. Я использую их более 20 лет в своей профессиональной деятельности.

Оптимизация ресурсов:
— объём ресурсов, необходимых для удовлетворения потребностей
— уровень использования природных ресурсов
— уровень использования долговечных материалов
— уровень использования вторичного сырья
— повторное использование материалов
— уровень вторичной переработки
— ремонтопригодность
— уровень использования переработанных материалов
— пригодность к переработке используемых материалов
— глубина использования ресурсов

Сокращение потребления энергии:
— потребляемой в производстве материалов
— потребляемой при транспортировке материалов
— потребляемой при транспортировке труда
— потребляемой в процессе строительства здания
— потребляемой зданием на протяжении жизненного цикла
— уровень пригодности для удовлетворения человеческих потребностей
— биоклиматическая энергоэффективность архитектурного проектирования
— уровень тепловой инерции здания
— потребление энергии при разрушении или разборке здания

Поощрение использования природных источников энергии:
— уровень использования солнечной энергии
— уровень геотермальной энергии
— уровень использования возобновляемых источников энергии на основе природной экосистемы

Сокращение отходов и выбросов:
— уровень отходов и выбросов при производстве строительных материалов
— уровень отходов и выбросов в процессе строительства
— уровень отходов и выбросов при эксплуатации зданий
— уровень отходов и выбросов при сносе зданий

Улучшение качества жизни пользователей здания:
— выбросы, вредные для природной экосистемы
— выбросы, вредные для здоровья человека
— заболеваемость среди обитателей здания
— удовлетворённость и благополучие обитателей

Снижение затрат на обслуживание и стоимости зданий:
— уровень согласованности между стойкостью материалов, их функциональностью и жизненным циклом
— функциональная пригодность компонентов
— ресурсы, потребляемые зданием в повседневной деятельности
— энергия, потребляемая технологическим оборудованием здания
— энергия, потребляемая для доступа к зданию
— остаточная энергия, потребляемая зданием, пока оно не используется
— уровень потребности в обслуживании здания
— уровень потребности в переработке выбросов и отходов в здании
— экономичность здания
— социальная среда.

r4house-principal (1)_000

Существующие системы экологической сертификации используют максимум три из 40 показателей, необходимых для корректного измерения уровня экологической эффективности здания. Они не измеряют показатели на всех экологических уровнях, а лишь то, что интересно компаниям, которые создали эти системы, чтобы существующие технологии устаревали, и требовалось приобретать новые технологии до бесконечности, под ложным предлогом экологичности. Огромное количество архитекторов по всему миру выступают в качестве союзников этих компаний, создавая «мусорные» здания, которые не имеют ничего зелёного или экоустойчивого, но так называются, потому что получили оценку одной из этих ложных систем сертификации. Ситуация, к сожалению, патовая.

В связи с этим описанные выше экологические показатели имеют двойную функцию. С одной стороны, они служат для измерения с высокой точностью экологического уровня здания, а с другой – их используют в качестве катализатора для выявления целостной стратегии создания архитектуры с наибольшим уровнем экоустойчивости: вне моды, вне экономических интересов, и, прежде всего вне сфере влияния всех видов средств массовой информации и манипулятивных технологий. Правильно используя этих показатели, можно измерять уровень экологичностм любого материала, устройства, здания и даже городов.

— Все ваши архитектурные проекты в названиях имеют приставку «эко» – что, разумеется, не совпадение, и несёт какой-то смысл. Что вы хотите нам этим сказать? Видите ли вы различие между экологической архитектурой и устойчивой архитектурой?

— Я использую во всех моих зданиях определение «Эко», чтобы отстроиться от слова «устойчивый». Я никогда не использую слово «устойчивый» по трём основным причинам.

Первое. Никто не дал ясное определение слову «устойчивое». Существует много значений этого слова, этим словом описывают всё, что приемлемо в контексте для человека на этой земле. Поэтому слово «устойчивый» и производное словосочетание «устойчивая архитектура» не имеет смысла и бесполезно.

Второе. В декларации по устойчивому развитию, которую приняли на саммите в Рио в 1992 году, было заявлено следующее: «Отказаться от плохих решений, которым мы следовали прежде. Мы признаём, что мы были неправы на протяжении в течение многих лет…» Таким образом, в миссии и концепции «устойчивого развития» в целом и «устойчивой архитектуры» в частности мало толку. Понятие «устойчивое развитие», изобретённое в Рио-де-Жанейро в 1992 году, в точности совпадает с концепцией развития капитализма, разработанной Адамом Смитом столетия назад.

Третье. Мода, которую большинство архитекторов понимают под устойчивой архитектурой в широком смысле этого слова, несёт в себе следующее: могу делать всё, что мне угодно, могу ничего не менять, просто добавляю технические устройства и артефакты, которые, как мне сказано, являются экологичными, и которые проходят по кем-то придуманным нормативам. Кто-то оплачивает эти игрушки – но не я. Я делаю так, чтобы они были, но не портили фасад моих зданий. Я использую вертикальные сады и крыши с живой зеленью, чтобы привлечь внимание моих клиентов, а также журналов и сайтов. И всё. Именно по всем этим причинам я ни при каких обстоятельствах не использую слово «устойчивый».

bio-tecnopolis-principal_000

Я занимаюсь созданием основ новой экологичной архитектуры, прекрасно интегрированной в искусственную экосистему. Я стараюсь писать так много, как это возможно, потому что уверен, что никто при моей жизни не возведёт ни одного экологичного здания. Но я думаю, это будет крайне актуально лет через 40. Поэтому я создаю концептуальную основу и архитектурное наследство, которое послужит гидом для архитекторов из 2050, для внуков архитекторов, работающих сегодня. Серьёзные перемены требуют по крайней мере двух поколений, чтобы воплотиться в жизнь.

— Ваши проекты часто относятся к категории очень дорогих и эксклюзивных. Я не имею ничего против того, чтобы Наоми Кэмпбелл жила в созданном вами экологическом чуда на острове Клеопатры в Эгейском море – в доме, экономящем энергию и ресурсы, но что хозяйка вряд ли замечает. Но мне кажется, что более выгодно строить по всему миру недорогое энергоэффективное жильё, чтобы тысячи его обитателей экономили на счетах за воду и электричество и тратили на обучение детей, здоровую пищу или путешествия. Мне известно, что у вас есть и такие проекты – социальное жильё в Кали или дома проекта R4 на основе контейнеров в Испании. Что вы об этом думаете и каковы ваши планы?

— Я проектировал разные дома максимального экологического уровня, и не только роскошные. Из примерно 7000 реализованных мною жилищ, 6800 – это социальное жилье, чрезвычайно экономичное. Многим известны мои самые запоминающиеся проекты: Eye-of-Horus Eco-House, Curvy Eco-House, Disco-Ball Eco-House, и прочие, но они забывают и ультра-экологичные социальные жилищные комплексы, которые я разработал для бедного населения Испании и Колумбии: BioTecn?polis, Sayab, Lliri Blau, Oasis, Brisa.Net, El Rodeo Eco-City, Happy City, R4House, Anonymous-I, Anonymous-II, Neopolis-I, Neopolis-II, и так далее. Эти проекты являются районами, блоками и целыми городами на основе социального жилья (от 15 до 90 квадратных метров) по цене от 15 тысяч евро до 40 тысяч.

Также я разработал ультра-экологичное жильё, которое может быть возведено самостоятельно силами будущих жильцов с нулевыми затратами. Это жильё построено из городских и индустриальных отходов (White Eco-City). Любой житель на планете, независимо от его покупательской способности, может и должен построить или отремонтировать здание максимального экологического уровня. И это всегда можно сделать с минимальной стоимостью, при условии, что имеются некоторые навыки.

4-waves_0987

— На своём сайте вы смело заявляете: «Архитектор может превзойти природу, но для этого он должен её понять, вобрать её в себя и полюбить всей своей душой». Можете ли вы назвать хотя бы одного архитектора, соответствующего этому условию? И как насчёт вас лично?

— Моя мысль проста: человек может быть более экологичным объектом, чем сама Природа. Это я доказываю во всех моих последних проектах, начиная с 2007 года, когда я разработал проект с названием Green Box. Я не знаю ни одного архитектора на планете, который бы сделал что-то подобное или хотя бы был заинтересован сделать. Единственный, кто добился такого много веков назад, был Леонардо да Винчи.

Да Винчи, помимо иного, был очарован полётом птиц. Он проводил всё время, наблюдая их. Постоянно размышлял о форме крыльев, частоте их движения, внутренней структуре их костей, кожи, перьев, нервов, и постоянно пытался понять, почему птицы могут летать. Но не ему это не удалось. И Леонардо сделал вывод: человек не может подражать птицам и не может летать. Он пришёл к выводу, что творческая структура человеческой деятельности и творческая структура природы совершенно разные. Он предсказал, что ни один человек никогда не сможет подражать полёту птиц. И время показало, что он прав.

Тем не менее, после того, как он провёл бесчисленные часы, пытаясь понять механизм птичьего полёта, Леонардо да Винчи смог найти альтернативное решение задачи полёта. Он изобрёл пропеллер. И этим превзошёл природу.

То, что сделал Леонардо да Винчи в области изучения летающих машин, должно быть сделано в области искусственной экосистемы, которая включает социальную и экономическую деятельность, человеческую эволюцию в целом. Должны быть выделены экологические процессы, которые управляют природой, они должны быть изучены, и после с нуля должны создаваться иные механизмы для регулирования новой искусственной экосистемы человеческой деятельности. В результате можно сформировать искусственную экосистему, которая питалась бы той же энергией, что и природная глобальная экосистема.

Эта система имела бы собственные экологические законы самоконтроля, чтобы иметь возможность развиваться в идеальном, непрерывном и параллельном балансе с природой. В такой искусственной экосистеме создаются, используются и трансформируются фрагменты, которые затем могут быть собраны вместе, образовывая большое количество сложных устройств, способных непрерывно преобразовываться и иметь бесконечный жизненный цикл. Эта параллельная искусственная экосистема артефактов, созданная человеком, должна быть в состоянии развиваться в симбиозе с природной экосистемой, и, следовательно, не должна наносить никому никакого вреда.

Человек должен создать конечный набор архитектурных компонентов, которые могут быть собраны вместе в различных комбинациях, рождая огромный спектр архитектурных организмов, способных непрерывно развиваться и иметь бесконечный цикл жизни. Данные архитектурные организмы на протяжении времени могут модифицированы, чтобы не создавать вредные выбросы и исключить необходимость изготовления новых компонентов.

Ещё около 20 лет назад я идентифицировал и усовершенствовал проектную систему, способную с помощью набора промышленных архитектурных элементов, создавать все типы конструкций: мосты, корабли, здания и т.д., с бесконечным жизненным циклом, чьи узлы могут быть восстановлены, отремонтированы и повторно использованы, не создавая отходы и выбросы. Эти сооружения могут перемещаться, расти и изменяться, как если бы они были живыми организмами. Благодаря своей оптимизированной конструкции эти здания потребляют только энергию естественного происхождения (солнечную и геотермальную), ту же самую энергию используют природные организмы.

Конечно, я не воплотил в жизнь эти концептуальные механизмы новой архитетурно-искусственной экосистемы, однако я создал модели зданий, которые материализовали данную концепцию в дополненной и эволюционной форме. В 2009 году, с презентацией Green Box, я показал, что в состоянии реализовать свою собственную концепцию «Искусственной Природы» в любой среде и на любом типе здания. Показал, что имею возможность построить здания, самодостаточные в вопросах водоснабжения и энергопотребления, которые могут быть разобраны и перенесены, и имеют неограниченный жизненный цикл – и при этом разумную стоимость. С тех пор каждый строительный проект, который я разрабатывал, шёл по стопам Green Box, но развивался по-разному, в зависимости от конкретной среды. Bio-Tecn?polis, Sayab, I-Sleep Eco-Hotel, Geoda 2055, Faro Barimbau, Beardon Eco-House, Ramat Eco-House, Paula Eco-House, Optica Climent, Green2House, и прежде всего потрясающий Eye of Horus Eco-House: все эти проекты демонстрируют реальность новой парадигмы в архитектуре. Это новые «Искусственные Природы».

— Вы при этом возглавляете Международную федерацию устойчивой архитектуры (IFSA), Национальную ассоциацию устойчивой архитектуры (NASA) и Национальную ассоциацию дома будущего (NAHF). Это даёт вам более широкий и панорамный взгляд на всю картину. Скажите: какой будет зелёная архитектура лет через 20-30?

— С 1998 года я был в контакте с лучшими архитекторами мира, занятыми в экологической и биоклиматической архитектуре, посредством международных конференций IFSA. Это, конечно, было уникальным опытом.

В те годы ещё не существовали «нормы устойчивости», и строители и архитекторы делали всё, что могли и что знали на тот момент. В настоящее время на планете множество ложных норм, в большинстве своём являются неверных, попытки следовать которым приводят к более дорогим и менее устойчивым зданиям, чем раньше. Для примера назову требование в Валенсии, обязывающее интегрировать солнечные батареи в покрытие крыш, даже если крыша выходит на северную сторону и солнечные батареи не получают солнечной энергии. Есть и еще более глупые примеры.

Но вскоре даже самый неинформированный гражданин будет понимать, что его просто «разводят», и почти всё, что продается как устойчивое, ничего общего с устойчивостью не имеет. Я думаю, что гражданину надоест так жить к 2025 году. Ситуация понемногу будет выправляться, потому что потребители будут становиться более требовательными. Однако я не думаю, что ранее 2050 года будет возведено здание, которое можно будет с честью назвать хотя бы минимально экологичным. Годы с 2050 по 2070 будут трудными, несмотря на то, что с 2015 года проводятся эффективные природоохранные мероприятия: их результаты будут ощутимы только к 2070 году. Поэтому между 2050 и 2070 будет необходимость в честных и эффективных действиях. К 2100 году архитектура существенно изменится, и мир будет резко отличаться от сегодняшнего.

green-box-imagenes-115_000

— Вы уже упомянули «биоклиматический» префаб-дом Green Box, который вызвал много шума, когда вы презентовали его в 2009 году. Его немедленно назвали «домом будущего» – что с этим будущим сейчас? В каком состоянии Green Box?

В 2009 году я спроектировал и построил Green Box: дом, в котором попытался воплотить все теоретические основы Новой Экологической Парадигмы в архитектуре. Целью Green Box было создание архитектурной модели с максимально возможным экологическим уровнем, который никто не сможет достичь: ни в настоящем, ни в близком будущем.

Green Box – это здание, которое в любой момент поддерживает баланс с экосистемой и имеет бесконечный жизненный цикл: если его надлежащим образом обслуживать, оно прослужит вечно. Здание не создаёт каких-либо выбросов или отходов и обеспечивает тепловой комфорт для своих обитателей, используя только природные типы энергии (солнечную и геотермальную) благодаря своей правильной конструкции, без внешних устройств.

Здание термически саморегулируется благодаря специальной конструкции, без дополнительного оборудования и является самодостаточным с точки зрения питания, воды и электропотребления. Я не думаю, что хоть один читатель видел подобные здания.

Green Box предназначен для архитекторов, которые будут творить в 2050 году, и этот проект не оценят до 2070 года, который ознаменует собой начало нового этапа в истории человечества. С этого момента вступят в силу действия, которые обязательно следует начинать принимать с сегодняшнего дня (сегодня из этого практически ничего не сделано). Человечество не погибнет между 2050 и 2070, а попытается ускорить, насколько это возможно, экологическое и социальное развитие. Green Box в это время будет им показывать путь вперед.

— Саммит COP21 в Париже закончился совсем недавно. Вы следили за его ходом? Что-либо привлекло там ваше внимание?

— Этот эко-саммит, как и тысячи подобных инициатив после саммита 1992 года в Рио, является проявлением государственной глупости. Его придумал французский президент, чтобы позиционировать себя как современную политическую фигуру, озабоченную проблемами окружающей среды. Эл Гор и другие подсуетились раньше. Тем не менее, ни президент Франции, ни 100% политиков в мире не живут в экоустойчивом жилье и не ведут особо экоустойчивый образ жизни. Они не имеют понятия, как сделать это.

Такие политические шоу служат лишь для заявлений, но не для реальных дел. Политики вынуждены посещать эти встречи для своего имиджа в СМИ, давая повод общественности думать, что они являются мотивированными и чувствительными к вопросам экологии. Но по возвращении в свои страны они забывают про всё и будто следуют лозунгу «Давайте разогреем планету на 4-5 градусов, чтобы было еще хуже». Короче говоря, эти инициативы – пустая трата времени. Их отрицательная роль в том, что они допускают, что все граждане могут продолжать вести себя по-прежнему, а их политики выступают и решают серьезные экологические проблемы.

— Инвестиции, необходимые для создания экоустойчивых домов – откуда они могут появиться? Можно ли рассчитывать, что в будущем они оправдаются за счёт достижения экономии энергии?

— Огромные инвестиции никогда не окупаются просто из амортизации материалов или оборудования. К тому времени, когда какой-либо материал или изделие уже почти окупились, они уже бесполезен, либо расходы по их эксплуатации очень высоки, и их нужно менять. Это ещё одно доказательство того, что модель устойчивости была реализована компаниями, чтобы обеспечить свои бизнес-преимущества, независимо от их воздействия на окружающую среду.

Для создания подлинного экоустойчивого жилья необходимо изменить форму архитектурного проектирования. В архитектурный проект нужно включать только самое необходимое оборудование – его выбор зависит от мастерства архитектора.

Метки
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]