facebook Vkontakte LiveJournal e-mail
ПОДПИШИСЬ НА НОВОСТИ:


 

Законодательство

2 апреля 2021 |
В Казахстане формируется рынок зелёных инвестиций

В июле 2021 г. вступает в силу Таксономия «зеленых» проектов, подлежащих финансированию через «зеленые» облигации и «зеленые» кредиты Республики Казахстан. По этой Таксономии будут классифицироваться виды экономической деятельности, категории проектов и активов, направленные на повышение эффективности использования существующих природных ресурсов, снижение уровня негативного воздействия на окружающую среду, повышение энергоэффективности, энергосбережения, смягчение последствий изменения климата и адаптацию к изменению климата. Конечно, невозможно устоять перед искушением сравнить молодую Таксономию с чуть менее молодой российской Таксономией, разработанной ВЭБ.РФ при экспертной поддержке Центра Россия-ОЭСР.

Содержание

Содержательно две Таксономии практически идентичны, хотя и структурированы по-разному. Обе Таксономии содержат закрытые перечни видов деятельности, в которых могут реализовываться «зеленые» проекты. Это может создавать риски непризнания проектов «зелеными» из-за их формального несоответствия категориям, перечисленным в Таксономиях. Казахстанская Таксономия имеет явный уклон в энергетику: 3 из 8 категорий в ней — это возобновляемая энергия, энергоэффективность и энергия с низким загрязнением (возникает вопрос: как однозначно разделить проекты из первой и последней категорий?).

Некоторые пункты из казахстанской Таксономии в своё время не попали в российскую — например, эко-туризм. Виды проектов в Таксономии Казахстана привязаны строго к ОКЭД, что, с одной стороны, делает понятным и более прозрачным видение того, на что будут даваться «зеленые» кредиты или выпускаться облигации, но с другой, лишает таксономию гибкости. Впрочем, российская Таксономия в этом смысле гибкостью тоже не отличается.

Дьявол в деталях

Есть небольшие элементы, которыми Таксономия Казахстана выгодно отличается от Таксономии России — это, во-первых, наличие принципа do no significant harm: проекты должны не только вносить существенный вклад, по крайней мере, в одну из стратегических экологических страновых целей, но и не наносить существенного вреда ни одной из других экологических целей. Нельзя заявлять, что современный завод по утилизации отходов — это «зеленый» проект, если он располагается в месте обитания краснокнижных животных и, тем самым, разрушает биоразнообразие.

Другой важный элемент — это отсутствие процедуры утверждения решения верификаторов. Верификация — это независимая экспертиза, которая подтверждает «зеленость» финансовых инструментов. Обычно такой верификации достаточно для признания инстурмента «зелёным», например, для сертификации по CBI (Climate Bond Initiative). Однако в российских Методических рекомендациях верификация — это только предварительная процедура, по результатам которой ВЭБ.РФ принимает решение о признании «зелености» финансового инструмента. Для чего в такой схеме обе процедуры, остаётся загадкой.

Какая таксономия лучше?

Обе таксономии имеют преимущества и недостатки. Лучшим вариантом было бы наличие не двух, а единой таксономии, например, на уровне ЕАЭС. Чем больше разных требований к экологически устойчивым финансовым инструментам, тем сложнее компаниям реализовывать «зелёные» проекты в разных странах, инвесторам — понимать, чем одни «зеленые» финансы отличаются от других, а государствам и международным организациям — оценивать и измерять эффективность экологически устойчивых инвестиций. Единые, гибкие стандарты позволят сделать устойчивое финансирование глобальным и, что очень важно, измеримым на международном уровне.

Источник: РОССИЙСКИЙ ЦЕНТР КОМПЕТЕНЦИЙ И АНАЛИЗА СТАНДАРТОВ ОЭСР

Метки